Экс-сенатор Константин Цыбко требует расширения полномочий Генпрокуратуры

Южноуральский экс-сенатор Константин Цыбко, несмотря на участие в качестве обвиняемого в продолжающемся скандальном судебном процессе, считает необходимым расширить полномочия Генеральной прокуратуры. Своё мнение он уже донёс до экс-коллег – сенаторов. На первый взгляд кажется парадоксальным, что Цыбко, сам попавший под «каток правосудия», требует усиления прокурорского влияния, но парадокса тут нет.

Предложение Константина Цыбко поддержать генпрокурора Юрия Чайку, недавно говорившего о назревшей необходимости о расширении прокурорского влияния, уже обсудили его экс-коллеги в Совете Федерации. Инициатива Цыбко получила поддержку у многих сенаторов, включая спикера верхней палаты парламента Валентину Матвиенко. Спикер поручила работу над идеей Цыбко профильному комитету.

А кажущийся парадокс объясняется так: по мнению Константина Цыбко, его дело может помочь разрешить давний спор о полномочиях следствия и прокуратуры.

Прокуратуру надо усилить, чтобы  следствие «не ошибалось»

Напомним основные моменты дела экс-сенатора Константина Цыбко, имеющего очень большие претензии к работе следственных органов. Уголовное дело против Цыбко было возбуждено летом 2014 года на основании показаний сити-менеджера ЗАТО Озёрск Евгения Тарасова, который утверждал, что дал Цыбко взятку в размере 22,5 млн рублей. Взятка якобы была дана за помощь в перемещении Тарасова из кресла директора магнитогорского БТИ (Бюро технической инвентаризации) в кресло мэра Озёрска. По уверениям Тарасова, взятка обсуждалась в присутствии экс-вице-губернатора Челябинской области Николая Сандакова в ресторане «Грузинский двор».

«Русская Пресса» подробно освещала выступление на судебном процессе Николая Сандакова, получившее широкий резонанс. Чтобы не повторяться, резюмируем кратко: дело в суде стало разваливаться, как карточный домик. Главным скандалом стало подтверждения фактов отсутствия в «Грузинском дворе» и Цыбко, и Сандакова, и даже самого Тарасова.

И данные геолокации, и показания свидетелей однозначно говорят о том, что Константин Цыбко и Николай Сандаков в это время находились очень далеко от ресторана. Но самое поразительное, что и сам господин Тарасов, согласно показаниям его личного  шофёра, тоже в «Грузинский двор» не заезжал!

Так вскрылась откровенная ложь человека, на чьих показаниях и было построено всё дело. Вот только интересно, что эта ложь была «подкреплена» справкой из Управления ФСБ по Челябинской области за подписью ныне уволенного экс-начальника УФСБ генерала Игоря Ахримеева… В «Грузинском дворе» никого не было, а справка почему-то есть.

И таких нестыковок в деле обнаружилась масса. Например, Тарасов утверждал, что 8 млн в качестве взятки передал в здании администрации Озерска. Но почему-то в материалах дела на этот счёт есть две версии: согласно одной, Тарасов давал деньги в коридоре, согласно второй – на крыльце здания. А на суде господин Тарасов так и не смог вспомнить, где именно. Запамятовал он и ещё одно обстоятельство якобы имевшей место передачи денег: по одно версии, давал их в пакете, по другой – в папке. Этот «склероз» также зафиксирован в материалах следствия, что не помешало передаче дела в суд.

А вот ещё одна ложь: Тарасов заявил, что в качестве взятки давал Константину Цыбко деньги, украденные в муниципальном коммунальном предприятии ММПКХ (Муниципальном унитарном многоотраслевом предприятии коммунального хозяйства). Вот только суд установил, что на тот момент Тарасов ещё не успел наворовать в МУПе эту сумму…

Ну а допросы главы Челябинска Евгения Тефтелева выглядят совсем уж смешно и дико. Тефтелев не постеснялся заявить, что просто тупо подмахнул бумагу, которую ему подсунул следователь. Как так?! Ну, доверял он человеку… Следствие же не может ошибаться…

Следующую часть денег (3 млн рублей), по утверждению Евгения Тарасова, он передал 3 декабря 2011 года в гостинице «Париж», где якобы остановился Константин Цыбко. Вот только в этой гостинице Цыбко не останавливался и останавливаться не мог, потому что в декабре 2011 года она не работала!

Ещё одна часть взятки, по версии следствия, была передана Константину Цыбко экс-заместителем Тарасова – Валентином Гуниным. Он утверждает, что подошёл к  автомобилю Цыбко и положил в него 1,5 миллиона рублей. Звучит безумно, но ещё более диким выглядит очередной приступ «склероза», который одолел на суде уже Гунина: он уже не смог вспомнить, был ли водитель в автомобиле или его не было, в салон были положены или в багажник…

Впрочем, данные геолокации объяснили причину этой странной забывчивости: оказывается, в тот момент, когда господин Гунин якобы клал деньги то ли в салон, то ли в багажник, его вообще не было рядом с автомобилем Цыбко… Гунин в это время находился в селе Уйское, в 400 км от Озёрска!

Ещё 5 млн Тарасов, по его заверениям, передал Константину Цыбко 27 декабря 2011 года в Москве. Сенатор, по словам Тарасова, подъехал за деньгами на чёрном служебном «Мерседесе». Вот только видеостенограмма из Совета Федерации продемонстрировала, что Константин Цыбко в это время занимался делами в верхней палате парламента и физически не мог встретиться с Тарасовым. Кроме того, в это время у Цыбко был не служебный «Мерседес», а «Шкода».

В деле фигурирует также бизнесмен Олег Лакницкий, который дал Константину Цыбко 10 млн в качестве аванса за квартиру, которую предприниматель хотел подарить дочери. Так как сделка не состоялась, эти деньги Лакницкий получил обратно вместе с распиской. Подлинность расписки подтверждена экспертизой. И, между прочим, Лакницкий дополнительно написал письмо в Совет Федерации, где подтвердил свои отношения займа-аванса с сенатором. Но эту сумму следствие сочло взяткой.

В материалах следствия, опять же, обнаружились расхождения в описании встреч Лакницкого и Цыбко. Расхождения касаются дат, сумм, показаний свидетелей.

Интересно также, что в то время, когда Тарасов и Гунин якобы передавали крупные суммы экс-сенатору, украденные в МУПе, сами они совершали солидные траты. Например, Гунин досрочно погасил автокредит, а Тарасов (о чём свидетельствуют данные прослушки телефонных переговоров) собирался дать 2,5 млн рублей своей супруге и бухгалтеру. Получается, что украденные деньги Тарасов и Гунин тратили на личные цели, хотя заверяют, что передавали Цыбко.

И ещё один примечательный момент: Гунин в деле Цыбко появился не  сразу. Сначала речь шла только о деньгах, якобы переданных Тарасовым. Затем появился Гунин  и сумма взятки, по версии следствия, увеличилась.

Прокуратура против следствия

Такое количество «ошибок» со стороны следствия наводит на подозрение о том, что дело было «сшито» под заказ. О заказном характере этого дела говорят и Константин Цыбко, и Николай Сандаков. По сути, всё дело строится на показаниях Тарасова и Гунина, которые ничем не подтверждаются. А сами Тарасов и Гунин внезапно на суде стали «склеротиками».

Вот для того, чтобы следствие не делало таких «ошибок», и необходимо, по утверждению Константина Цыбко, расширить полномочия Генеральной прокуратуры.

Экс-сенатор приводит в пример данные, прозвучавшие от генерального прокурора РФ Юрия Чайки во время выступления в Совете Федерации. Юрий Чайка сообщил, что в 2016 году прокуратура отказала следствию в 5 000 ходатайств об аресте обвиняемых. Но суд согласился в прокуратурой только в 1,2% случаев. Генпрокурор также заявил, что в 2016 году надзорным ведомством было закрыто 15 000 незаконно возбужденных уголовных дел! Обвиняемые, пострадавшие от следствия, получили в качестве компенсации более 580 млн рублей. Получается, за ошибки следствия платят налогоплательщики.

Существующее положение дел позволяет вмешиваться в дела следствия третьим лицам, как это, по всей вероятности, произошло и в деле Константина Цыбко. Практически никто на Южном Урале не сомневается, что ключевую роль в «ошибках следствия» сыграл экс-начальник Управления ФСБ по Челябинской области генерал Игорь Ахримеев. Именно под его давлением следствие, по всей видимости, и делало скандальные «ошибки».

После увольнения Игоря Ахримеева в регионе ожидали громкого показательного дела, уголовного наказания для генерала… Но проверка ФСБ закончилась практически ничем. Наказали только рядовых сотрудников, а генералу удалось выйти сухим из воды. Отсутствие серьёзных последствий для Ахримеева, к сожалению, вряд ли поспособствует укреплению законности в стране. Пока такие «оборотни в погонах», крушащие экономику, будут оставаться безнаказанными, их последователи будут чувствовать себя безнаказанными.

В этой ситуации усиление влияния прокуратуры – важный шаг, направленный на уравновешивание той малоконтролируемой силы, которую являют собой следственные органы. Если следствие, по каким-либо причинам (в том числе и из-за давления «оборотней в погонах») нарушит права невиновного человека, этот беспредел должна остановить прокуратура.

Фото: content.izvestia.ru, eburg.mk.ru, chel.pro, Znak.com, ria.ru, mega-u.ru

Следите за нашими новостями через Telegram

Отслеживайте через Твиттер

Версия для печати
Оставить комментарий